Нё в каком месте был жил купец. У купча было трй сына,
два Фёдора, третей Иван. Иван был пьянюшка: чё наживёт, то
пропьёт. Пил — пил, отеч его отказал от себя; он стал ходить
по задвору; ходил, ходил, пришол к отчу. „Дай мне, отеч-
родитель, карап один, мне ночью приснилось: лажу я оттуль
житьё наживать." Отец ему дал карап и дал немного денёг. Он
накупил соли, прибрал себе товарыщов, взял бочёнка вина и
отправились, побежали куда ихна путь лежит.
Já зáмуш вышла, д’в’атнáцат’ л'éт мн’е было. Вышла ф c’éм’jy ч’етырнцът’ ч’елов’éк. Св’óкър был тaкój дурнój, кр’икл’ивоj. Св’екрóф’ такájа былá блaгája, тр’и золóф’к’и было, тр’и д’éв’ир’а. Кон’éшнъ, св’óкър, св’окрóф’ покупáл’и фс’ó д’éфкам, доч’ер’éj од’евáл’и, а мн’é н’ич’евó н’é былъ, ход’илъ как pвáнaja. Вóт как снóх-тъ пъч’итáл’и.
Свáд’бъ мojá прошлá, хоз’áин мój д’в’é н’ид’éл’и пожыл и уjéхъл в Л’ен’ингрáт, срáзу jевó вз’áл’и на воjнy. И já д’в’é н’ид’éл’и c’ jим пъжылá и ч’итыр’е гóдa jивó н’и в’идáла. Вóт как, мáтушкъ, кaкája мojá жыс’ мълодájа, и жэылá с од’н’им со св’óкръм и со cв’oкpóвjy.
д. Малковы Не ум’ё]у мёло-то п’екц’и // п’ирог’й му-ц’ньце // колёц’икоф Засных нап’ек’бш // исп’ек’бм п’ирбк // кашы м^ц’но] из ]ёснбі мук’й II соковузу кашу-ту // сбц’иво д’ёлал’и / натолкут ис с’ём’а ис конопл’бново да и ф п’ец’ // сбк-от нав’ерху / а в испод’ё шолухё-то остён’ецца // ]е]б скот’йн’е // п’ирог’й п’екл’й соковызе // кёшу р’ёп’ануіу и из ]ец’м’ен’а // р’еп’бнка соковё^а // по ббц’к’е по ц’ёло] сбку-то розв’одут // да в р’ёпку и кладут // молц’й-ко / да]-ко вспбмл’ит’ // шт’и молбсны]е вар’йм / шт’й из м’ёса з зёсп’иц’е] з'ёсно] // ломёі булка-то // изоржаньі]о мук’й п’еклё. Записала Г. Я. Симина в 1956 г. от А. С. Слудниковой, 88 л., неграмотной (рукопись Л. Г. У .).
с. Покола (Нокольского с/с) От’ёц мо] тбжо кр’ест’]'ан’ин іа полтора года уч’йлас’ нас бйло п’ёт’ д’ёвок, а мы тбл’ко тр’й уч’бны, а дв’е н’еуч’бны ]а ч’етв’брта былй из доц’ер’ё]’ — то фс’ё ^м’ерл’и. См’ёрт’-та поткатываца, стал’и нбг’и плохо ход’йт’, а ум’ират’ н’е хбч’ийа, жйс’-та хороша стала. ]'а из н’йжн’ева конца с’удй пр’ишлй, п’атым ц’елов’ёком пр’ишла. Д’ёв’ер’ был да св’бкор да св’екрбвка, да муж да. Ф ту йзбу вышла, а с’удй-то п’ер’ешл’й как разд’ел’йл’ис’, н’еохбта было с’уды итт’й-то. фс’ёх-то было п’ёт’еро (детей), а трб]а осталос’. Худо в’ёт’ мы жыл’и в’ёк свб]', худо. А т’еп’ёр’ вот зав’йдно, пороббтат’ надо, а н’е мбжом. В нашу-то молодое’ б’ес’бда-то соб’ер’бца, мужыкбф-то наід’бт, п’йсн’и п’ёл’и, пл’еейл’и мало пр’ёжд’е, тбл’ко о празн’иках да о св’йтках. кадр’ёл’ пл’аейл’и, настйн’от ц’етйр’е пары на два-то конца и пер’ем’ен’а]'уца. с’ид’йш, пр’ад’бш а б’ес’ёдн’ик-от за пр’алко]. ]'а ]еш’ч’б запбмн’ила то вр’ём’о, когда на б’ес’бду-то ход’йл’и н’е нар’ажал’ис’, а потом уш стал’и нар’ажаца. Пр’и мн’е нар’йды-т’е см’ен’йл’ис’а уш тр’ёт’и] рас: был шуга], ]а замуш-то пр’ин’есла, а потом стал’и шыт’ п’ат’ишбфки, а замуж-то вышла оп’ёт’ см’ен’йл’и. Шуга] шыл’и со ш'ч’ипкам’и, полу обош]ут ч’бр- ным сукном и рукова, б’ез воротн’ика, н’е дл’йно] был; п’ат’ишбфка в’ёр’шноі нар’ат на ват’е, ф тал’иіу, вн’изу раехбд’ица; д’ержал’и вбт о пйсх’е да о покрбф, выход’йл’и ф ч’ужы л’уд’и. На масл’е- н’ице-то зд’ёла]ут горку, н’ид’ёл’и тр’й хбд’им на гбрку-то. Уговар’иваіомс’а ф как’йх сарафанах ит’т’й. Плат полушалок. А уж в мйсл’ен’ицу в городах катк’й, а у нас горку д’ёлаіут, на катул’ах катал’ис. Много нарбду-то наб’ер’бца, д’ёвок-то да мужыкбф-то, п’ёсн’и п’ёл’и: Никто м’ен’а не пожал’ё]от — хороша п’ёсн’а. Записала Ф. Д. Перевозчикова в 1949 г. от У. С. Клочевой, 72 л. (рукопись).
АРХАНГЕЛЬСКАЯ ГУБ. (на острове р. Мезёни) 3. д. Лам пожня (Запись орфографическая, с некоторыми диалектными особенностями) Отъезд Добрыни и неудавшаяся женитьба Алеши Поповича Добрынюшка да он Микитиць млад А пришол де Добрынюшка к своей матушки: „Ах ты, матушка моя Офимья Олёксандровна! „А нащо миня, матушка, ты спородила? „Спородила бы меня, матушка, дак серым камешком, „Отнёсла бы меня да во синё морё; „Я лёжа л бы там веки да все превечные". А и стал прошшацьсе с молодой женой: „Да прости-тко ты меня, Настасья Викулисьня; „А дожыдай-ко меня церес двенаццэть лет, „А подожди ишше лето да ты трынадцыто, — „Хош замуш тогда поди да хоть вдовой сиди; „Не ходи только за Олёшу да за Поповиця, „За просмешника не ходи да ёго бабьего". Но прошло де веть времечько двенаццэть лет, Да тринаццатой год да он прошол веть тут. А Добрынюшка Микитиць млад Да не видели, как стремена ступил. Уехал Добрыня во чисто поле. А-й ездил во чисто(м) поли Олёшенька Поповиць млад, А пропустил таку славушку нехорошую, Що Добрыню видел, под кустиком убит лёжыт. И прышла ета вестоцька нерадосьня, И прышла она к Офимьи Олёксандровны, К Добрыниной да родной матушки. А ис Киева женихи да вот приехали, А Владимер стольнекиевский он веть сватовщиком. Розговорили Офимью да Олёксандровну: „А тепере Добрыни вот жывого нет; „А спусти-ко Настасьюшку, взамуш пойдёт „За того же за Олёшу за Поповиця". Записал А. Д. Григорьев от Е. С. Га- буева, 75 л. (Архангельские былины и исто- рические песни, с напевами, записанными посредством фонографа, т. III, СПб., 1910, стр. 2).
